История » Жанна д'Арк » Шинон и Пуатье

Шинон и Пуатье
Страница 1

“Едва она сошла к коня, как была тщательным образом испытана в вере и добронравии архиепископами, аббатами и докторами обоих факультетов ( теологии и канонического права)”. Так описывал появление Жанны в Шиноне Персеваль Буленвилье.

Точная дата приезда Жанны в Шинон неизвестна. В старых работах чаще всего указывают дату 6 марта;однако в настоящее время историки принимают дату, которую указывает одна из ранних хроник: 23 февраля. Эта дата хорошо согласуется со свидетельствами спутников Жанны о том, что они выехали из Вокулера в первое воскресенье великого поста (13 февраля) и что дорога заняла у них одиннадцать дней. В тот год, когда Жанна явилась к королю, я был послан им в Венецию и вернулся только в начале марта. Тогда – то я и узнал от Жана из Меца, который сопровождал Жанну, что она была принята королём. Я знаю, что когда Жанна прибыла в Шинон, в Совете спорили о том, должен ли король её выслушать. С самого начала у неё спросили, зачем она пришла и чего она хочет. Сначала она не желала говорить ни с кем, кроме короля, но, когда к ней обратились от имени короля, она согласилась поведать мотивы своей миссии. Она сказала, что царь небесный поручил совершить её два дела: снять осаду с Орлеана и повести короля в Реймс для коронации и миропомазания. Выслушав это, одни советники заявили, что король ни в коем случае не должен доверять сей Жанне. А другие советники были того мнения, что поскольку она называет себя Божьей посланницей, то королю следует по крайней мере выслушать её. Сам же король желал, однако, чтобы её предварительно допросили клирики и священнослужители, что и было сделано. Наконец, не без трудностей было решено, что король всё же выслушает её. Но когда она уже прибыла в Шинонский замок, чтобы встретиться с королём, он под влиянием своих главных соратников всё ещё колебался в намерении говорить с нею. Это происходило до тех пор, пока королю не доложили, что Робер де Бодрикур написал ему, что посылает эту женщину, а также, что она пересекла занятые врагом провинции, переправившись почти чудом через многочисленные реки, чтобы прибыть к нему. Это убедило короля, и Жанне была дана аудиенция”. Таким был рассказ Симона Шарля, занимавшего в то время должность докладчика прошений, на процессе реабилитации. Дофин принял Жанну на заседании Королевского Совета. Между ними состоялся короткий разговор, который слышали все присутствующие. Жанна назвала себя, сказала, откуда и зачем прибыла. Карл выслушал, ничем не выражая своего отношения, и тот час же распорядился передать её под надзор благочестивой госпоже де Белье.

Несколько дней провела Жанна в Шиноне. Её снова допрашивали прелаты – придворные. Дофину доложили о результатах допроса, но они его не удовлетворили, и было решено подвергнуть Жанну более основательному экзамену.

В самом начале марта Жанну отвезли в Пуатье, где находились парламент Буржского королевства и университет. Там она предстала перед особой комиссией, которой было поручено произвести тщательное обследование её личности, образа жизни, поступков и слов для того, чтобы Королевский Совет мог затем решить вопрос о допуске её к войску. Комиссий была многочисленной и авторитетной.

Двор тоже переехал в Пуатье, но Жанну поместили не в замке, а в частном доме, у королевского адвоката Жана Работо. Над ней установили тайный надзор. Хозяин дома и приставленные к ней женщины докладывали о её действиях и поведении Королевскому Совету.

Расследование продолжалось около трёх недель. Трёхнедельный экзамен был труднейшим испытанием для Жанны. Ей приходилось отвечать на многочисленные, разнообразные и нередко каверзные вопросы. По окончании работы комиссия представила Королевскому Совету заключение, в котором говорилось, что тщательное расследование образа жизни, нравов и намерений Девы не выявило в ней никакого зла, “но лишь добро, смирение, целомудрие, честность и простоту”. Поскольку она обещает явить знамение божественной помощи в Орлеане, король не должен мешать ей пойти в этот город с солдатами; напротив, ему следует распорядиться, чтобы её проводили туда с почётом. Миссия Жанны получила, таким образом, официальную санкцию. Важнейшее значение имело здесь то обстоятельство, что к этому времени (конец марта 1429 года) она была уже очень известна. Вокруг неё сложилось широкое общественное мнение. Народ видел в ней спасительницу страны, а население осаждённого Орлеана связывало с ней надежды на освобождение. С этим не могло не считаться правительство.

Страницы: 1 2

Катастрофа
Испытания корабля-макета дали Алексееву массу новых идей. К концу жизни конструктора в ангарах на базе в Чкаловске скопилось более тысячи моделей, многие из которых могли превратиться в реальные машины. Но и летающих образцов было немало. ...

Завершение объединения русских земель. Международное положение России в конце XV - первой трети XVI веков
В конце XV - начале XVI века государственное устройство еще сохраняло многочисленные черты дворцово-вотчинной системы управления, характерное для феодальной раздробленности. Продолжение дальнейшего объединения и консолидации Северо-Восточ ...

Медаль Жукова
Георгий Константинович Жуков - фигура в русской истории исключительная, человек редкого военного таланта. Спустя более чем полвека становится всё более очевидным, что Георгий Константинович Жуков навсегда войдёт в военную историю как вели ...